Основы композиторского и музыковедческого образования

Элементарная теория музыки

Вот класс гармонии. Здесь изучают аккорды и их связь друг с другом, постигают логику их чередования. Но что такое аккорд? Особое сочетание звуков? В том-то и дело, что до звуков как таковых в классе гармонии нет дела. Аккорды фиксируются нотами и контролируются в записи. Они не исполняются, а скорее извлекаются из клавиатуры. Выполненную студентом гармоническую задачу можно проверить за фортепиано, но можно и за письменным столом. Расстроенный инструмент вызовет, быть может, легкую гримасу у педагога, но как далеко ей до мефистофельской усмешки по поводу пресловутых параллельных октав или квинт, обнаруженных в тексте.

Правильное построение и соединение аккордов, ходы и линии голосов — вот что считается главным. Впечатление от задачи и ее оценка складываются независимо от того, на каком инструменте она сыграна. О его тембре речь вообще не идет. Студенту говорят: первый гармонический оборот звучит интересно, а второй — странно. Однако слово «звучит» тут явная метафора, ибо имеется в виду, что хороший аккорд или гармоническая последовательность одинаково хороши на любом инструменте. Но ведь на плохом — все звучит плохо!

Как бы не так! — возмутится потрясенный такими обвинениями специалист,— важность звукового воплощения в гармонии еще никем не отрицалась, а напротив, всегда предполагалась, хотя и молчаливо. Однако тембр инструмента — это одно, а звучание аккорда — другое.

Разграничение вроде бы понятное, но не механично ли оно,— подумает читатель, и проблему эту нам придется отложить до особого рассмотрения.

А вот класс контрапункта. Казалось бы, в нем на звучание смотрят иначе. Педагог советует, например, дать тему фуги сначала в партии сопрано, потом в теноре, а затем ввести бас и альт. Увы. Собственно звуковое своеобразие человеческих голосов густого баса и серебристого сопрано, мягкого грудного альта и звонко-горделивого тенора и здесь как бы выводится за скобки, а иногда и вообще не имеется в виду. Голосами педагог называет абстрактные тематические линии, занимающие определенные строчки партитуры. Ниже тенора — значит бас, даже если оба они загнаны в неудобную для них октаву, например во вторую. На верхней строчке — сопрано, хотя полифонические голоса все вместе могут оказаться в достаточно низком регистре, где никакое сопрано не в состоянии извлечь художественно приемлемых нот.

В классе музыкальной формы уже не до звуков. Ведь ее кирпичиками являются не отдельные тоны, а целые, подчас довольно пространные разделы произведения. Конечно, при анализе композиции берутся в расчет контрасты, образуемые сопоставлением разных тембров, громкого или тихого звучания. Но важнее не сами краски, не звуковая мощь или мягкость исполнения, а возникающие на их основе отношения.

Гармония, контрапункт, форма издавна составляли основу композиторского и музыковедческого образования. Позднее присоединившаяся к этой троице оркестровка, изучающая свойства голосов, инструментов, а также приемы аранжировки и как раз способная во многом восполнить недостаток внимания к звучанию музыки, до сйх пор не может сравняться по значимости с тремя главными теоретическими дисциплинами. А в исторических — студенты еще дальше от познания звуковой стороны, хотя именно в них, особенно в курсах, сокращенно именуемых «музлитерату-рой», приходится в большом объеме «прослушивать» реально звучащую музыку — в звукозаписи, в концерте, театре и т. п.

Взятые здесь в кавычки слова применены в полном соответствии с традициями музыкально-исторического образования и не предполагают иронического подтекста, хотя, например, слово «прослушать» в русском языке имеет два прямо противоположных значения: внимательно слушать от начала до конца или, напротив, пропустить мимо ушей.

К этим словам мы еще вернемся в связи с этикой и гигиеной слуха, а сейчас заметим, что если что и пропускается мимо ушей при музлитературном прослушивании, так это, несомненно, физическое начало музыки, ее звуковая плоть. Студенты могут наслаждаться нюансами исполнения, звуковым колоритом, тенями и полутенями. Тут сыграют свою роль предрасположенность восприятия, наличие хорошей звукозаписи и высококачественной аппаратуры. Педагоги же все-таки потребуют от них другого — знания интонационно-тематического материала.